Сальвадор Дали. ФОТОГРАФИЯ – СВОБОДНОЕ ТВОРЧЕСТВО ДУХА
Кристальная объективность маленького фотоаппарата – беспристрастный хрусталик – стеклоподлинной поэзии.
Рука человека уже не вмешивается. Хрупкая гармония физики и химии. Чувствительная пластинка, ловящая самые тонкие детали.
Сама экономичная структура этого точного и совершенного механизма свидетельствует, что его поэтическая деятельность радостна.
Легкое смещение, едва уловимый наклон, верно угаданное расстояние – а все затем, чтобы, повинуясь теплым кончикам пальцев и никелированной пружине, выпорхнули из чистой хрустальной объективности стекла тридцать шесть новых, исполненных духовности взглядов на мир и сорок импульсов вдохновения.
Когда рука не вмешивается, дух начинает постигать, что отсутствие неточных касаний пальцев – благо; вдохновение освобождается от ремесленного навыка, доверяется только бессознательному расчету механизма.
Новая манера творчества духа – фотография – наведет, наконец, необходимый порядок в фазах поэтического производства.
Доверимся новым средствам фантазии – они рождены естественными объективными смещениями пространств и масштабов. Только придуманное лишено оригинальности. А чудо свершается с той же непреложной точностью, что и банковские операции. Дух – дело особое...
Удовлетворимся же чудом, свершенным в мгновение ока: раскроем глаза и будем, схватывая все на лету, учиться истинному видению. Закрыть глаза – значит воспринимать отзвуки внешнего мира антипоэтически. Анри Руссо видел лучше импрессионистов. Вспомним, что они смотрели, полузакрыв глаза, и ловили лишь музыку объективного, единственно способную просочиться сквозь их полусмеженные веки.
Вермеер Дельфтский – явление другого рода. В истории видения его глаза – это случай максимальной честности, не избежавшей, однако, соблазнов игры света. Ван дер Меер, новый святой Антоний, сохраняет предмет в неприкосновенности с подлинно фотографическим вдохновением – так проявляется его смиренная и пылкая деликатность.
Умение видеть – это вообще новая система измерения духовных пространств. Умение видеть – это нечто вроде изобретения. А есть ли изобретение безупречнее, чем анестезирующий взгляд четко видящего глаза, глаза, лишенного ресниц и цейсовских стекол – дистиллированного, пристального, не затянутого розовой пленкой конъюнктивита.
В наш век, когда живопись все еще топчется в области проб и ошибок, фотоаппарат мгновенно дает практические результаты. Фотография с неиссякаемой фантазией осваивает формы новых предметов, которые на плоскости полотна остаются всего только символами.
Глаз объектива придает очарование холодной белизне умывальника, передает тягучую дремоту аквариума, проникает в сердцевину хрупких суставов электроизмерительных приборов – его магия поразительно точна. А в живописи – иначе, и если ты хочешь изобразить, например, медузу, то тебе совершенно необходимо нарисовать гитару или арлекина, играющего на дудочке.
У фотографии – новые возможности, рожденные самой ее природой.
Вспомните фотографию Ман Рея – портрет несчастного Хуана Гриса в ритме банджо. Задумайтесь над его новой естественнейшей манерой, ведь она – результат всего – на всего точного технического процесса, результат лучезарного созидания фотоаппаратом!
О фантазия фотографии! Она удачливее и проворнее мутных процессов подсознания!
Простое изменение масштабов вызывает необычные ассоциации и реальные – вы о них и не подозревали! – аналогии.
Четкий портрет орхидеи и разинутая тигриная пасть на фотографии предстают в интимном единстве, а солнце тысячью бликов играет в анатомии мышц гортани.
О фотография, ты схватываешь тончайшую, не подвластную контролю поэзию!
В огромном, блестящем глазу коровы сферически преломляется уменьшенный светлый пейзаж в духе постконструктивизма – он точен до пятнышка на небосклоне, где плавают миниатюрные
светящиеся облачка.
О новые предметы, с блеском поданные фотоплакатами торговой рекламы!
Все новенькие механизмы – свежие, как роза,– приносят не растраченное покуда тепло своего металла в дар весеннему эфиру фотографического творчества.
О фотография, свободное творчество духа!
1927
Статья отражает искания С. Дали в переломный – от кубизма к сюрреализму – момент его эволюции.
// Называть вещи своими именами.
Комментарии: