"Я, конечно, вернусь"

Внутреннее бунтарство находило выражение в его творчестве. Таганка была его судьбой. Он - ее символом. Символом России. Гамлет с гитарой! А в Москве были море людей и конная милиция… Народное море…Этого не заменишь никакими званиями…Его строки и мелодии живут в наших сердцах! В этом и есть главный смысл «вечной памяти» — в том, что искусство мастера остаётся живым и нужным людям!

Вот и сбывается все, что пророчится. Уходит поезд в небеса - счастливый путь! Ах, как нам хочется, как всем нам хочется Не умереть, а именно уснуть.

Большое спасибо, Танюша! Ты очень правильно всё написала. Главное это память людей, признание и своего рода вознесение на пьедестал народной любви и даже обожания. До сих пор строчками из песен и стихов Высоцкого мы реагируем на ту или другую ситуацию. Высоцкий до сих пор актуален и незаменим.

Спасибо за отклик, Олег Петрович!

Э. Лурье ( Эрлена Васильевна Лурье - поэт, прозаик и художник. )

Владимиру Высоцкому.

"С меня при цифре 37 в момент слетает хмель,
Вот и сейчас, как холодом подуло...
Под эту цифру Пушкин подгадал себе дуэль,
И Маяковский лег виском на дуло."

"... Срок жизни увеличился,
И, может быть, концы
Поэтов отодвинулись на время."

Всего пяток прибавил ты к той цифре 37,
Всего пять лет накинул к жизни плотской.
И в 42 закончил Пресли и Дассен,
И в 42 закончил жизнь Высоцкий.

Не нужен нынче пистолет, чтоб замолчал поэт.
Он сердцем пел -- и сердце разорвалось.
У самого обрыва, на краю простора нет,
Поэтому и жизнь короткая досталась.

Но на дворе XX век - остался голос жить:
Записан он на дисках и кассетах.
И пленки столько по стране, что если разложить,
То ею можно обернуть планету.

И пусть по радио твердят, что умер Джо Дассен,
И пусть молчат, что умер наш Высоцкий --
Что нам Дассен, о чем он пел - не знаем мы совсем,
Высоцкий пел о жизни нашей скотской.

Он пел, о чем молчали мы, себя сжигая пел,
Свою большую совесть в мир обрушив,
По лезвию ножа ходил, вопил, кричал, хрипел,
И резал в кровь свою и наши души.

И этих ран не залечить и не перевязать,
Вдруг замолчал -- и холодом подуло.
Хоть умер от инфаркта он, но можем мы сказать --
За всех за нас он лег виском на дуло.

Помним всегда!

Помним, любим, поём!